Главный по переговорам о продолжении работы АЭС А. Абишала успел заметить, что шанс договориться составляет только 5%. Да, если договариваться так, как это делает он, шансы правда мизерные. Наблюдая за переговорами правительства о продолжении работы АЭС создается впечатление, что Литве может не удасться не из-за высоких ЕС юридических требований, а из-за элементарного непрофессионализма. После закрытия АЭС цена электричества должна в среднем подняться с 33 до 59цт/kWh (с 0,095 EUR до 0,17 EUR). Академик Антанас Кудзис говорит о 1лт/kWh. (0,29 EUR).
 
Какая же основная ошибка участвующих в переговорах? Они неквестионируют заявления Европейской Комиссии (ЕК), что для продолжения работы ЭАС надо созвать Международную конференцию (МНК). Работая по этой процедуре, инициатива  продления потерпит крах, если найдется хоть одно государство в составе МНК, которое будет не согласно. Австрия и Эстония являются именно теми государствами, которые заблокируют какие-либо действия Литвы в рамках этой процедуры.

По отношению к Литве ЕК ведет себя бессовестно. Она требует созвать МНК для того, чтобы состоялось продление работы. Наряду с этим никакая Международная конференция не созывалась, когда пункт о закрытии был внесен в Протокол Вступительного Договора в ЕС. 



Компетенция ЕС в сфере ядерной охраны может быть повышена только через Международную конференцию. Если МНК не приняла решения расширить компетенцию, следовательно компетенция не расширена. Нигде в Договоре Евратома (это документ, который принимает и содержание которого меняет МНК) не написано, что ЕС в компетенции требовать закрытия атомной электростанции. Следовательно, такой компетенции нету. То же самое подтверждает юриспруденция Европейского Суда Справедливости.

МНК не созывается принимая новых членов в ЕС. То означает, что новые государства принимаются в объятия уже существующей компетенции ЕС.

А.Абишала не видит никакой разницы между Учредительных Договоров и Вступительных Договоров. Учредительные Договора – то договора, которые устанавливают рамки компетенции ЕС. Они устанавливают то, что может делать ЕС. Все, что там не оговорено находится за рамками компетенции – что не написано, того ЕС делать не может. Эти договора изменяются только через МНК.

Вступительные Договора – это договора, на основе которых принимаются новые государства. Решения о принятие новых стран принимает Совет ЕС. Совет – это не Международная конференция. Поэтому Совет не может расширить существующей компетенции. Кроме того, следуя этой процедуре Парламент Европы принимает или не принимает схожее мнение. Парламент Европы является высшей национальной, а не международной организацией.

Прием нового государства и расширение компетенции ЕС – это две разных процедуры.

Из того следует, что у Европейская Комиссия не в компетенции требовать закрытия АЭС. Акцентируя различие между этими двумя договорами, делегаты могли бы выиграть больше, потому что тогда для продления функциональности АЭС не нужно было бы просить разрешения ЕК, Австрии и Эстонии.

Даже Лиссабонский Договор не устанавливает такой компетенции, ратификацию которой было бы правильно заморозить до того, пока положительно не решен вопрос Игналины.


Станисловас Томас, Докторант по правам ЕС, Париж, Сорбона

Карикатурист Рамунaс Вайткус
www. mrcaricature.lt

Перевод Юлии Яноните